- Я хочу знать о Тане. - Когда он произнес ее имя, голос его сорвался, и он, часто покашливая, старался быстро справиться с ним. - В каком она была настроении? Что она говорила? Какими были ее последние слова?

Лаки застонал.

- Чейз, не делай этого с собой.

Тот раздраженно сбросил руку, которую Лаки положил ему на плечо.

- Скажи мне, Марси, что она делала, говорила, когда... когда этот недоносок убил ее.

Лаки опустил лоб на руку и стал растирать виски большим и средним пальцами. Он был явно расстроен, и, может быть, не меньше, чем его брат. Тайлеры были семейством дружным и всегда поддерживали, защищали и берегли друг друга. Марси понимала, как они все должны быть обеспокоены состоянием Чейза. Но она могла разделить и чувство Чейза, который испытывал потребность знать, какими были последние минуты жизни его юной жены.

- Таня смеялась, - прошептала Марси.

Болеутоляющие средства сделали ее речь медленной и невнятной. Трудно было подобрать нужные слова, нелегко было выговорить их: язык оказался распухшим и неповоротливым. Но Марси изо всех сил старалась быть понятой, потому что знала, как важно для Чейза каждое осторожное слово, которое ей удается произнести.

- Мы говорили о доме. Она... Она так радовалась... ему.

- Я намерен купить этот дом. - Чейз поднял глаза на Лаки, взгляд его казался диким и несфокусированным. - Купи за меня этот дом. Она хотела этот дом, так что она его получит.

- Чейз...

- Купи этот чертов дом! - взорвался он. - Неужели нельзя сделать это для меня? И ради бога - не устраивай споров!..

- Хорошо.

Его несдержанная, громкая вспышка больно ударила по травмированному организму Марси. Она отпрянула от этого нового удара по уже поврежденному телу. Но она легко простила ему. Он тоже был по-своему травмирован случившимся.